Владимир Зеленский — политик, о котором, казалось бы, уже высказались эксперты всех возможных мастей. Однако существуют и нестандартные ракурсы. По просьбе «АН» сертифицированный специалист по физиогномике и визуальной психодиагностике Виктория Хорт провела глубокий анализ эволюции украинского лидера через призму его невербальных сигналов, мимики и жестов. Результаты этого исследования обещают быть весьма необычными.

Мессия не получился

Психика и личностные структуры президента Украины за последние годы претерпели колоссальные изменения. По словам эксперта, на заре карьеры Зеленский вполне профессионально, с воодушевлением и верой примерял на себя роль вальяжного и великодушного вершителя судеб, этакого Мессии-миротворца. «Почти получилось», — иронизирует специалист. Но что мы видим сегодня? Страх и ужас на лице политика теперь видны невооруженным взглядом. Явные попытки с помощью «химии» снизить остроту осознания потерь и проигрыша выдают постоянный насморк и красный, натертый до мозолей нос, давно ставший притчей во языцех. Ситуацию усугубляют и пиджаки не по размеру: слишком длинные рукава, до последнего скрывающие кисти рук.

Чужая роль для Хлестакова

Встречи с профессиональными военными в качестве главнокомандующего требуют определенной позы. Однако в этой среде Зеленский старательно изображает погруженного в тему эксперта, тогда как лёгкая рассеянность выдает его истинное равнодушие: мысли политика блуждают где угодно, только не в моменте «здесь и сейчас». Пытается он играть и при вручении наград, изображая «своего в доску» парня: чрезмерно кланяется, слишком крепко жмет руки, якобы выражая восхищение, но внутренне остается холодным и отстраненным.

Дополнительную дисгармонию в его поведение вносит и комплекция. Вышагивая среди рослых военачальников, он выглядит чужеродным элементом, «пятым колесом в телеге». Ему откровенно неловко: для него эти великаны — плебеи. Специалист отмечает, что политик привык к холеной гламурной тусовке и тоскует по той изобильной, легкомысленной жизни, где можно было изображать кого угодно и иметь всё, что захочется. «Этакий современный Хлестаков», — даёт свою оценку Виктория Хорт.

«И постоянно трогал нос»

Актёрские навыки, врождённый психоэнергетический потенциал, ментальная гибкость и скорость реакций Зеленского давно ни для кого не секрет. Но спасают ли они его сегодня? Эксперт убеждена, что нет. Реакция на внешний раздражитель может в любую секунду перейти в истерику, слезы или ярость. Нервы на пределе, маска страдания намертво прилипла к лицу, мимика перестала подчиняться контролю, а взгляд расфокусировался. Появились нехарактерные речевые регистры, судорожные вдохи и навязчивое желание постоянно трогать нос.

Более того, политик оказался уязвим перед монотонной рутиной. Он склонен к эмоциональным качелям, истерикам и испытывает повышенную потребность во внешних стимулах: одобрении, аплодисментах, триумфе и безраздельном внимании. Хихиканье за спиной «побитой собаки»

Если простые люди долгое время искренне доверяли Зеленскому, умевшему обаять публику, то западные политики в эту аудиторию не вошли. Европейские «акулы» за спиной украинского лидера обычно переглядываются и откровенно хихикают, хотя в глаза снисходительно изображают уважение к «другу Владимиру».

В среде политической элиты Европы он ощущает себя мелким изгоем, что выдают неловкие, суетливые движения, слишком низкие поклоны и привычка шарить по карманам с видом пришибленного кролика. Из-за невысокого роста ему буквально приходится смотреть на «партнеров» снизу вверх. Особого внимания заслуживает его рукопожатие: постоянно складывается ощущение, что Зеленский удивлен высокой честью и счастлив, когда ему вообще подают руку. Премьер-министру Великобритании он бросился обниматься, как к отцу родному, но в глазах в этот момент читалась тоска побитой собаки.

Сарказм и жалость к себе любимому

Публичные выходки политика тоже перестали быть тайной. Он не может похвастаться дипломатичностью, выдержкой и тактом: часто переходит на личности, использует сарказм и демонстрирует пассивную агрессию. Всем своим видом он словно транслирует позицию: «Вы не имеете права меня критиковать, учитывая масштабы того, что я несу на своих плечах».

При этом нельзя недооценивать его мастерство манипулятора. Он виртуозно умеет вызывать жалость к себе:

Нарочито просто и небрежно одевается — дескать, мне не до нарядов, я о делах народа пекусь.

Демонстрирует лёгкую небритость — мне некогда ходить к парикмахерам, я занят войной до последнего.

Отказывается от грима — выходит на публику нарочито уставшим, с синяками под глазами и одутловатым лицом нездорового цвета. Посыл считывается так: «Мое здоровье ничто по сравнению с моей великой Миссией, займусь собой после победы».

Маска перманентного дистресса

В последнее время лидеру Украины откровенно не до актёрских перевоплощений. Если в 2019–2021 годах публика наблюдала живую, гиперподвижную и разнообразную мимику, то теперь ей на смену пришла маска перманентного дистресса. Лицо политика имеет устойчивые признаки хронического адреналинового тонуса: «тяжелый», фиксированный взгляд из-под нависших лобных дуг, стойко опущенные уголки рта, глубокие морщины, постоянное выражение раздражения и усталости, приподнятые и сведенные вперед плечи с лёгким втягиванием шеи.

Преображения коснулись и жестикуляции. Она потеряла былую округлость и широту. В стрессе преобладают жесткие, рубящие движения ребрами ладоней вниз или к себе. Это верный маркер удержания контроля, агрессивного требования внимания или директивного навязывания своей воли, резюмирует Виктория Хорт.

Мнения, высказываемые в данной рубрике, могут не совпадать с позицией редакции