Вахитовский райсуд Казани приговорил бывшего зампрокурора Казани Гумера Нафиева к семи годам колонии строгого режима, назначив ему штраф в пять миллионов рублей. Подсудимого признали виновным в получении крупной взятки (пункт «в» части 5 статьи 290 УК РФ), хотя следствие изначально инкриминировало ему особо крупный размер (часть 6 статьи 290 УК РФ). Суд счел доказанным получение Нафиевым лишь одного миллиона рублей вместо трёх, заявленных обвинением. Эта сумма будет взыскана с осуждённого в доход государства как сумма полученной взятки.

Переквалификация преступления позволила председательствующему Динару Хабибуллину назначить бывшему зампрокурора Казани наказание почти вдвое меньшее, чем то, что запрашивал гособвинитель Марат Сулейманов. А запрашивал он 13 лет строгого режима. Отметим, что реально отбыть Нафиеву предстоит лишь около четырёх лет — «в зачет» пошло время содержания под стражей с июня 2023 года.

Помимо штрафа и лишения свободы, суд лишил Нафиева также и классного чина «советник юстиции», и почётного звания «Заслуженный юрист Татарстана». Также бывшему зампрокурора Казани назначен шестилетний запрет работы в руководящих должностях. Защита планирует обжаловать приговор, он ещё не вступил в законную силу.

За что осудили бывшего прокурора и сообщников?

На скамье подсудимых помимо Гумера Нафиева оказались ещё три человека — это Владимир Кучинский, Евгений Коклягин и Владимир Бойков. Их суд признал виновным в мошенничестве и покушении на посредничество во взяточничестве, назначив по девять и 10 лет колонии строгого режима. Уточним, что по девять лет «строгача» получили Коклягин и Кучинский — им суд назначил также штраф в 61 миллион рублей. А вот 10 лет колонии получил Бойков — его также приговорили к штрафу в шесть миллионов рублей.

Отметим, что при вынесении решения Коклягину и Кучинскому, председательствующий Динар Хабибуллин пошел на небольшое послабление: вместо «оконченного состава» посредничества во взяточничестве, федеральный судья признал их виновными в покушении на посредничество — и назначил по девять лет колонии вместо 15 лет, запрошенных прокурором.

Заметим также, что переквалификация преступлений на «неоконченный состав», говорит об отсутствии в деле весомых доказательств подкупа реальных должностных лиц из правоохранительных органов. А именно это и вменяется подсудимым. По версии следствия, Коклягин и Кучинский хлопотали о незаконном прекращении дела беглого олигарха Александра Кондратенкова, обвиняемого в выводе миллиардных активов нескольких страховых компаний, включая компанию «НАСКО».

Вся фабула обвинения строится как раз вокруг Кондратенкова — сегодня он находится в розыске и скрывается за границей. Следствие считает, что когда бизнесмен узнал о том, что на него возбуждено уголовное дело за махинации с активами своих фирм, то решил дать взятку силовикам на местах. С целью помочь в этом деле на Кондратенкова вышли Коклягин и Кучинский, считает следствие.

Кондратенков согласился на их условия — и в сентябре 2019 года передал через посредника два миллиона долларов или 132,7 миллиона рублей. Затем Коклягин нашел посредника Андрея Труфанова, который подключил к делу подсудимого Бойкова — тот знал некоего Бориса Москалева, который знал Илью Пешкова, который в свою очередь знал Гумера Нафиева. Следствие считает, что по этой цепочке деньги и попали в руки к Нафиеву.

Но в чем состояли условия взятки для бывшего зампрокурора? Обвинение считает, что он достал для Пешкова постановление о прекращении уголовного дела в отношении Кондратенкова, и в обмен на незаконное вознаграждение мог его не обжаловать. Если бы материалы по Кондратенкову не ушли в Москву, расследование против олигарха могли бы прекратить, уверено следствие и прокуратура.

Отметим, что до Нафиева, как следует из обвинительного заключения, дошло только три миллиона рублей, при этом суд счел доказанным вознаграждением лишь сумму в один миллион рублей. Остальные деньги были похищены участниками коррупционной цепочки, при этом подсудимые смогли «развести» Кондратенкова ещё на несколько десятков миллионов рублей, помимо вышеупомянутых двух миллионов долларов.

Версия защиты

В прениях сторон Нафиев не отрицал получение денег от своего друга, однако это подношение бывший зампрокурора Казани назвал лишь знаком внимания, а не взяткой. И все потому, что никаких незаконных действий для своих друзей он не совершал: постановление, которое достал Нафиев, можно было достать и законным путём, при этом никак о деле Кондратенкова бывший зампрокурора не справлялся. Подсудимый также не собирал никакого совещания с коллегами из смежных ведомств по делу Кондратенкова, хотя и говорил взяткодателям об обратном.

При этом «знак внимания» Нафиев потратил на благие дела — в прениях сторон подсудимый рассказывал, как помогал онкобольной знакомой и попавшему в аварию другу. Кроме того, часть «некоррупционных» денег ушла на помощь бойцам СВО, говорил Нафиев в суде.

Что же до остальных аргументов защиты, то сторона обращала внимание суда на личность заявителя по делу — им является беглый олигарх Кондратенков, обвиняемый в выводе более 10 миллиардов рублей из страны. Никакого статуса потерпевшего у него нет, подчеркивают представители Нафиева.

При этом свидетели обвинения по делу — это заинтересованные в даче нужных следствию показаний лица, уверена защита. Москалев — это досудебщик, который ушел на СВО. Труфанов — был обвиняемым, но стал свидетелем после «деятельного раскаяния». Но что это было за раскаяние? По словам представителей подсудимых, следствие смешало реальное деловое взаимодействие с Кондратенковым и события, изложенные в обвинительном заключении.