Провозглашённая некоторое время назад Дональдом Трампом Стратегия национальной безопасности Соединённых Штатов де-факто предполагает полное американское военное и политическое господство в Западном полушарии.

Реализация данной концепции началась несколько месяцев назад со сменой власти и внешнеполитического курса Венесуэлы. Затем военные и политические аналитики моментально заговорили, что следующей целью США в регионе станет Куба. Хотя прямых свидетельств подготовки американских Вооружённых сил к вторжению на остров пока не просматривается, мало кто сомневается, что «кубинская спецоперация» является исключительно вопросом времени.

Девятнадцатого марта 2026 года руководитель Южного командования США генерал Фрэнсис Донован заявил законодателям, что американские военные не репетируют вторжение на Кубу. Тем не менее чуть позже сенаторы внесли резолюцию о возможности военного вмешательства после возобновления давления на Гавану и предъявления обвинений бывшему кубинскому лидеру Раулю Модесто Кастро Русу. По логике вещей, такая спецоперация может быть проведена после достижения какой-либо определённости с Ираном. Или даже раньше.

Складывающаяся обстановка обостряет простой, но неизбежный вопрос: что именно Вооружённые силы Кубы могут предпринять в случае военного столкновения с Соединёнными Штатами.

Армия защиты

Революционные Вооружённые силы Кубы (Fuerzas Armadas Revolucionarias de Cuba) по-прежнему ориентированы на территориальную оборону, опираясь на наземную технику советской эпохи, многоуровневую устаревающую противовоздушную оборону, ограниченную боевую авиацию, силы береговой охраны и мобилизационный потенциал населения.

Согласно мнению военных экспертов, военная ценность кубинских Вооружённых сил заключается не столько в проецировании силы, сколько в усложнении доступа на территорию страны, поглощении давления и повышении стоимости любой операции вблизи или против острова.

По разным оценкам, в 2025 году численность действующих Вооружённых сил составляла около 50 тысяч человек. На Кубе предусмотрена обязательная двухгодичная воинская служба для мужчин в возрасте от 17 до 28 лет или в структурах Министерства внутренних дел. Предусмотрена резервная служба для мужчин до 45 лет.

Согласно более старым открытым данным, численность регулярной кубинской армии составляет около 38 тысяч военнослужащих действительной службы и 39 тысяч резервистов. Как отмечают эксперты, важный момент заключается не в численности, а особенностях функционирования Вооружённых сил в случае вторжения противника. Федеральный регламент Вооружённых сил (FAR) разработан для объединения регулярных частей, территориальных ополчений и сил внутренней безопасности, рассредоточенных складов и местных зон обороны. Это означает, что главная военная цель Кубы заключается в задержке, поглощении, рассредоточении и наложении местных издержек, а не в достижении уровня Объединённых сил США по мобильности, Военно-воздушным силам и военно-морским возможностям.

Т-55 против Abrams?

Кубинские сухопутные войска по-прежнему являются крупнейшим компонентом армии страны. Однако их арсенал устарел, в связи с чем решающим фактором остаётся лишь их боеготовность. Согласно открытым источникам, на вооружении у них имеется около 900 основных боевых танков, включая 200 танков Т-62 с 115-миллиметровыми орудиями и 700 танков Т-55 с 100-миллиметровыми орудиями. К этому следует добавить около 50 устаревших советских боевых машин пехоты БМП-1, бронетранспортёры БТР-50П, БТР-60П и БТР-152, разведывательные машины БРДМ и их кубинские модификации БТР-100 и БТР-115.

Против американских основных боевых танков M1A2 SEPv3 Abrams, сочетающих в себе тяжёлую броню, 120-миллиметровую пушку, цифровую архитектуру, передовую оптику и улучшенные пакеты защиты, кубинский парк Т-55 и Т-62 окажется в значительно более невыгодном положении. В реалистичных условиях их роль заключалась бы в стационарной обороне, блокировании дорог, огневой поддержке в городских условиях и организации засад. В открытом танковом противостоянии их боевое значение близко к нулю.

На чьей стороне бог войны?

Артиллерия играет более важную роль в оборонительной стратегии Кубы, чем танковый парк, поскольку её можно рассредоточить, замаскировать и привязать к вероятным зонам высадки, портам, мостам, аэродромам и подъездным дорогам.

В арсенале кубинской армии имеется 40 САУ:

• 20 единиц — это 152-миллиметровые самоходные гаубицы 2С3;
• 20 единиц — это 122-мм самоходные гаубицы 2С1.

Кроме того, у кубинской армии имеется около 500 буксируемых артиллерийских орудий, включая советские 122-миллиметровые орудия Д-30 и 130-миллиметровые орудия М-46, около 175 реактивных артиллерийских систем вроде пусковых установок БМ-21 («Град») и устаревших БМ-14, а также более 700 стационарных противотанковых орудий и оборонительных артиллерийских позиций.

По сравнению с американскими подразделениями РСЗО HIMARS, использующими высокоточные управляемые боеприпасы на дальности более 300 километров, кубинский огонь менее точен, менее мобилен и менее интегрирован с современными системами разведки. Тем не менее массированный неуправляемый огонь с подготовленных позиций на ограниченной местности остаётся оперативно актуальным.

Летающий утиль

Если судить по показателям боевой эффективности, кубинские ВВС являются наименее надёжной частью Вооружённых сил Кубы. По данным открытых источников, это истребители МиГ-29, МиГ-23 и МиГ-21, учебно-тренировочные самолёты L-39, транспортные самолёты Ан-24 и Ан-26, вертолёты Ми-8, Ми-17, Ми-24, Ми-35 и Ми-14. Однако совершенно неясно, сколько воздушных судов из данных списков находится в настоящее время в лётном состоянии.

Проблема заключается не только в возрасте самолётов. Куда большее значение имеют практический налёт пилотов, ресурс двигателей, исправность радаров, запасы ракет, наличие укреплённых ангаров, запасы топлива и возможность наземной поддержки. Против американских истребителей пятого поколения кубинские самолёты будут иметь ограниченные возможности, за исключением вылетов для ближней обороны.

ПВО

В сложившейся ситуации противовоздушная оборона острова имеет куда большее значение, чем боевая авиация. Куба сохранила на вооружении старые советские комплексы С-75, С-125, СА-6, СА-8, СА-9, СА-13, переносные зенитные ракетные комплексы, ЗСУ-23-4, ЗУ-23, С-60 и другие артиллерийские или ракетные системы. По некоторым данным, кубинские комплексы С-125 модернизированы до стандарта Печора-2БМ с улучшенной электроникой, системами слежения и возможностью выбора целей.

Флот

Военно-морской флот Кубы не является контролирующей море силой. Его практическая роль заключается в наблюдении за побережьем, минной войне, патрулировании, обороне портов и ограниченных противокорабельных действиях вблизи кубинских вод.

В военно-морских арсеналах страны наблюдается полный застой: от подводных лодок типа «Фокстрот» времён холодной войны и фрегатов типа «Кони» до переоборудованных патрульных кораблей типа «Рио Дамухи», корвета класса «Паук II», остатков ракетных катеров типа «Оса», тральщиков и вспомогательных судов.

Переоборудованные корабли типа «Рио Дамухи» — это бывшие рыболовецкие суда. Их ценность заключается в присутствии на море, выносливости при патрулировании и ограниченном вооружении, но никак не в живучести против американской военно-морской авиации или боевых кораблей.

Беспилотники

Наиболее неопределённым новым фактором являются беспилотные летательные аппараты. В мае 2026 года Куба опровергла сообщение о приобретении более 300 военных беспилотников и обсуждала возможные нападения на Гуантанамо, американские суда и Ки-Уэст.

В случае начала военных действий даже самые простые БПЛА будут иметь значение для разведки, обнаружения целей, преследования и психологического воздействия. Особенно в районе Гуантанамо и прибрежной инфраструктуры. Однако они не смогут компенсировать нехватку современных средств защиты в области ПВО, РЭБ, высокоточных ударов и логистики.

Воля и география против ракет и самолётов

В целом можно сказать, что Вооружённые силы Кубы остаются организованными и достаточно многочисленными на бумаге, смертоносными в условиях местной обороны, хотя и технологически несопоставимыми с силами США.

Эффективными средствами защиты Армии обороны Кубы могут оказаться используемые с подготовленных позиций старые танки, большое количество ствольной и реактивной артиллерии, мобильные и стационарные системы ПВО, патрульные корабли береговой охраны, мины, ополчение большой численности с хорошим знанием местности.

Её недостатки столь же очевидны: отсутствие современной авиации, неопределённая готовность техники, устаревшие радары, слабые возможности морской обороны дальнего действия, нехватка топлива, зависимость от устаревших советских калибров и слабая оборонно-промышленная база, ориентированная на ремонт и адаптацию, а не на новое производство.

Всё это делает Кубу государством, уязвимым в военном плане из-за слабости и остаточного характера военного потенциала. С другой стороны, боевой дух кубинской армии доподлинно неизвестен, как и неизвестна её воля и стремление к сопротивлению. В случае реальной готовности кубинцев к сопротивлению (что не гарантировано) вторжение на остров может стать для армии США непростой задачей. Исторические примеры таких действий хорошо известны.