Очередной скандал с участием государственного служащего в Тюмени ярко продемонстрировал, насколько глубоко порой заходит профессиональная и моральная деградация в рядах тех, кто по долгу службы должен представлять лицо власти. Пресс-секретарь департамента образования администрации города Иван Рябцев в ответ на рабочий запрос позволил себе не просто грубость, а откровенные домогательства, нецензурную брань и циничные признания в алкогольном опьянении.
Сюжет этого инцидента читается как плохая сатира, если бы не был реальной практикой. Журналистка обращается к чиновнику за комментарием по профильной теме в переписке в мессенджере. В ответ она получает поток непристойных сообщений и приглашение на встречу, а после вежливого намёка с просьбой соблюдать профессиональные границы — шквал мата. Когда же девушка перезванивает, чтобы уточнить, не взломан ли аккаунт, собеседник подтверждает авторство, намекает на свое нетрезвое состояние, удаляет часть переписки и завершает диалог абсурдной фразой: «Я не поддерживаю деструктивные сообщества и не спонсирую врага».
Эта финальная реплика заслуживает отдельного анализа. Это классическая попытка человека, пойманного с поличным на моральном дне, прикрыть свою личную распущенность и хамство псевдоидеологическими штампами. Попытка представить собственное неадекватное поведение как некую «борьбу с деструктивом» выглядит не просто жалко, а гротескно.
Не менее показательно выглядит и реакция руководства. Директор департамента образования Ольга Тренина принесла извинения и пообещала «принять меры дисциплинарного характера после его выхода с больничного». Эта формулировка — хрестоматийный пример бюрократической инерции и желания замять скандал. Обещание разобраться «после больничного» звучит как попытка выиграть время, чтобы шумиха улеглась, а виновник получил возможность спокойно восстановиться за счет государства, прежде чем столкнется с минимальным выговором.
Возникает фундаментальный вопрос: допустимо ли, чтобы человек с таким уровнем морали, самоконтроля и профессиональной этики занимал должность, предполагающую общение с прессой и гражданами? Государственная служба — это не клуб по интересам и не место для самореализации маргинальных личностей. Это институт, который требует безупречной репутации, стрессоустойчивости и соблюдения строгих этических норм.
Когда чиновник позволяет себе унижать журналистку в рабочем чате, он унижает не только ее, но и весь институт государственной власти, дискредитируя его в глазах общества. Терпимость к подобным выходкам под предлогом «он хороший специалист» или «он просто перегорел» создает опасный прецедент вседозволенности.
Реакция на подобные инциденты должна быть не «дисциплинарной» в виде выговора или лишения премии, а принципиально кадровой. Человек, демонстрирующий такую степень неадекватности и неуважения к окружающим, не должен иметь доступа к управленческим функциям и представительским должностям. Увольнение по статье за аморальный проступок и последующая проверка на профпригодность — это единственно возможный ответ на подобные вызовы.
Общество устало от двойных стандартов, когда от граждан требуют соблюдения законов и норм приличия, а от некоторых представителей власти ожидают лишь формальных извинений после очередного публичного срыва. Тюменский эпизод должен стать не просто поводом для кратковременного возмущения в соцсетях, а сигналом для кадровых служб: двери госслужбы должны быть закрыты для тех, кто не умеет вести себя как человек.
Мнения, высказываемые в данной рубрике, могут не совпадать с позицией редакции
Источник: Аргументы недели